Студенческий Театр МГУ

Домодедово, Михаил Романов, июль 2006

В связи с юбилеем главный режиссер Московского открытого студенческого театра Евгений Славутин дал интервью нашему журналу.

— Евгений Иосифович, как вы сочетаете вековые традиции театра и отчаянную молодость труппы?

— Еще в студенческие годы, когда мы с друзьями создали экспериментальную театральную студию «Комик», мы начинали с того, что «ставили классику дыбом». И сегодня у нас в театре идут современные интерпретации классических пьес. Это, например, ремейк комедии Лопе де Вега «Изобретательная влюбленная», а также музыкальная версия «Каменного гостя» Пушкина. В последней мы заменили тяжелое и безнадежное название на более жизнеутверждающее — «Я с нею познакомлюсь», написали музыку и оставили Дона Гуана в живых. При этом сам пушкинский текст также был изрядно “отредактирован”.

— Расскажите о вашем последнем детище — проекте «Аэропорт». Как вам пришла в голову идея замахнуться на мюзикл?

— У театра уже был подобный опыт. В свое время у нас с успехом шел мюзикл «Зал ожидания», в котором Ирина Богушевская исполняла свои песни. И вот два года назад мы решили сделать еще один большой музыкальный проект.

— Почему вы выбрали местом действия аэропорт?

— Это очень романтичное место. Вот что у нас говорит на эту тему ведущий пилот: «Международные линии сходятся в зале прилетов. Встречи и расставания сходятся в одной точке. Здесь рождаются любовь и надежда. Здесь прощаются с прошлым, чтобы встретиться с будущим. Здесь встречаются все языки мира и понимают друг друга без перевода...»

— Наш журнал писал о влюбленной паре — молодые люди встретилась в Международном аэропорту Домодедово, а потом и обвенчалась там же.

— Думаю, это не единичный случай. У нас в спектакле есть пять любовных историй, которые развиваются на фоне нелетной погоды.

— Это классический мюзикл?

— «Аэропорт» — многожанровое произведение, в нем есть элементы кабаре, ревю, мюзикла и т. д. Если считать, что театр — это увеличительное стекло или зеркало, которое актер должен держать перед зрителем, то мы стремились отразить в постановке все краски нашего полицентричного и поликультурного мира.

— Кто у вас блистает на сцене?

— Наши солисты — лауреаты международного конкурса актерской песни имени Андрея Миронова Георгий Долмазян и Марианна Лемешко. Жора — также музыкальный руководитель нашего театра и автор музыки к спектаклю. Он написал несколько оригинальных номеров и кардинально переаранжировал хиты XX века: “Strangers in the Night” Фрэнка Синатры, например, звучит у нас как бравурный марш. Кроме того, в мюзикле заняты “фабрикантки” Юля Савичева и Лена Темникова.

— Это масштабная постановка?

— Еще бы! В мюзикле занято около 15 актеров, 40 танцоров, 8 статистов — в общей сложности более 60 человек. Для того чтобы постоянно играть его, нужна собственная большая площадка. На юбилее театра мы показывали «Аэропорт» на сцене ГЦКЗ «Россия». Мы надеемся, что года через три у нас появится собственная сцена: правительство Москвы выделило нам участок в районе метро «Сокольники».

— Как попадают в труппу вашего театра?

— Два раза в год студенты любого вуза Москвы могут попробовать поступить в нашу учебную студию. Конкурс — 7–8 человек на место. Все зачисленные проходят трехмесячный “курс молодого актера”: за это время ребята делают несколько этюдов, начинают играть в спектаклях, а потом учатся уже “на ходу”.

— Кто приходит чаще — физики или лирики?

— По-разному. Раньше совсем не было журналистов, а теперь идут “косяками”. Всегда много ребят с мехмата: поскольку я сам его заканчивал, мы легко находим общий язык.

— Чему вы учите своих воспитанников?

— Актеры студенческого театра должны уметь хорошо петь, танцевать на уровне балетных артистов, а также играть так, чтобы через каждые две-три минуты зрители смеялись, а через пять — аплодировали.

— Бродвейская школа?

— А почему бы и нет? Бродвей — это всегда очень энергичное и яркое действо. По-моему, театр вообще не имеет права быть неуспешным.

— То есть зацикленным на себе, оторванным от зрителя, скучным?

— Именно. Например, театр Шекспира работал в адских условиях. В ложах сидели богачи, а в партере стояли портовые люмпены, проститутки и прочий городской плебс — удержать внимание этой подогреваемой пивом оравы было нелегко. Кстати, Шекспир далек от того лжепафоса, с которым сегодня играют его пьесы. Я как-то ради эксперимента начал переводить «Гамлета». Оказалось, что в тексте столько скрытого юмора, что всем известная пьеса начинает звучать совершенно по-новому. К сожалению, подобный перевод – очень тяжелое занятие: только на первое явление у меня ушло три месяца. Вот «Сирано де Бержерака» я осилил легче, местами переписав самого Ростана. К Международному фестивалю студенческих театров, который пройдет в ноябре, надеюсь поставить эту пьесу.

— Что связывает ваш театр с аэропортом Домодедово?

— В свое время мы выступили с готовыми номерами из мюзикла «Аэропорт» на юбилее Группы ИСТ ЛАЙН. На этом наши контакты не прервались. Скоро мы планируем показать в Домодедово спектакль «Я с нею познакомлюсь». Полагаю, что на фоне взлетного поля это представление будет выглядеть как авангардный хэппенинг.

Есть идея сыграть там же и наш мюзикл. «Аэропорт» в аэропорту (тем более таком современном) — сочетание более чем символичное. Лучшие естественные декорации для мюзикла трудно представить.

— Евгений Иосифович, говорят, что у вас в театре царит семейный подряд?

— Да еще какой! Моя супруга Ирина Большакова — директор, дочь Анна — актриса. Кстати, у нас в театре очень много супружеских пар — я не удивлюсь, если скоро к нам начнут приходить уже дети актеров. Наша большая актерская семья будет этому только рада.



Возврат к спектаклю